Призыв
Учёба и служба — в одном месте
Эта страна пятьдесят лет спорит о призыве так, будто ответов всего два, и оба требуют, чтобы кто-то проиграл. Есть третий, и он скучно практичен: поставьте ешиву там, где солдаты.
Почему спор не кончается
Харедимная семья отказывается служить не из презрения. Страх конкретен и честен: что парень, который пойдёт, вернётся без своей учёбы, без бейт-мидраша, без миквы, без структуры, которая держит религиозную жизнь. А светская семья смотрит, как служат её собственные дети, и видит в этом страхе оскорбление. Оба описывают нечто реальное. И ни один не выиграет спор, повторяя его громче.
Что мы построим
Ешивы вдоль пограничных баз. Не символическая комната для урока и не приезжий раввин — настоящие бейт-мидраши с миквой, с расписанием, которое держится, и с рош-ешивой на месте, встроенные в сами базы. Молодой человек служит и учится в одном месте и в одно время, не выбирая между этим, и его семье не приходится гадать, кем он вернётся домой. Государство получает солдат. Община сохраняет сыновей. Никого не просят капитулировать.
Ешива Геулат Шауль
Первая уже названа и уже размещена. Она встанет на нашей земле в Сде Трумот, в долине Бейт-Шеан у подножия горы Гильбоа, — на земле, где Шауль, первый царь Израиля, пал на собственный меч, чтобы не быть взятым. Мы строим ешиву ровно на той земле, где солдат погиб от собственной руки, ради того, чтобы солдаты не погибали от собственной руки. Это не метафора, за которой мы потянулись. Это поле.
Список
Рош-ешива — Шмуэль Гернштейн, известный как Пашут. Он служил в ЦАХАЛе и вернулся домой с посттравматическим расстройством. Он излечился растениями. Теперь он хочет вернуть то, что было дано ему, — и это весь аргумент этой программы, вставший и заговоривший.
Деревня
Геулат Шауль встанет рядом с деревней исцеления, чтобы солдату на лечении никогда не приходилось выбирать между выздоровлением и бейт-мидрашем.
Это тот пункт, который все называют невозможным.
Он же — самый дешёвый и тот, что заканчивает самый старый спор в стране.